Лукас Кранах

Сентябрь 19, 2013

В 1509 году 37-летний немецкий мастер Лукас Кранах впервые в живописи Германии дерзнул изобразить обнаженную богиню любви Венеру. До этого он, как и другие его собратья по кисти, писал только строгие библейские сюжеты для церковных алтарей и заказные портреты для знати.И вдруг!..В знаменательный 1509 год Лукас Кранах дополнил свою, до этого преимущественно мужественную галерею портретов мыслителей-гуманистов и неустрашимых воителей-рыцарей эротическим портретом «Любезной Анны», вызвавшим целую бурю игривых комментариев в стихах и прозе среди его просвещенных друзей.

Озеро молодости

Фотография Лукас Кранах (photo Lucas Cranach)

Год рождения: 1472
Место рождения: Кронах, Германия
Дата смерти: 16.10.1553 года
Год смерти: 1553
Место смерти: Веймар, Германия
Гражданство: ГерманияЭта дата не отмечена красной строкой в анналах своего времени. Однако является своеобразной вехой в истории искусства Северного Возрождения.

Этот, весьма скандальный для своего времени, женский портрет кисти Кранаха не дошел до нас. Зато в петербургский Эрмитаж попала та самая, первая германская «Венера», чья смугло-бледная нагота, по замечанию одного исследователя, отмечена «целомудрием нераспустившегося цветка». От неотразимого его обаяния остерегает латинская надпись — тут же на картине: «Всеми силами гони сладострастие. Иначе твоей ослепленной душой овладеет Венера». При этом ленточки прозрачных тканей, призванные играть роль фиговых листиков, почему-то обретают у «Венеры» значение прямо противоположное — привлекают особое внимание к тому, что полагалось скрывать.

А затем дошло до того, что однажды мастер, как бы между прочим, набросал «Суд Париса» — на обороте своего же рисунка с Христовым Распятием. Сцена соблазна впрямую пересеклась с трагизмом Голгофы. Вопреки всякой жизненной логике, но в полном согласии с мудростью сказок, композиция этой картины развивается от конца к началу — от старости к молодости. Издалека видны бесплодные скалы, откуда ведут и везут расслабленных дряхлых старушек. С трудом добираясь до великолепного бассейна, убогие жертвы старости не слишком охотно погружаются в целебную воду. Но с приближением к центру этого чудо-озера изможденные купальщицы начинают волшебно меняться.

Осенью 1546 года придворный живописец Лукас Кранах Старший в последний раз получил придворное жалование — и полную свободу. Да ведь и некому стало служить: в войне немецких князей потерпел сокрушительное поражение его «Олоферн» и господин. Иоганн Фридрих едва избежал смертной казни и навсегда лишился своего курфюршества вместе с благословенным Виттенбергом. Поувядшая, хотя все еще миловидная, любимая супруга Сибилла сопровождала постаревшего и погрузневшего изгнанника в ссылку. После чего в Антверпене всем показывали портрет императора, исполненный Кранахом на стене полюбившегося ему трактира.

Как истинный универсал эпохи Возрождения, Лукас явил себя мастером на все руки. Помимо живописи и отличных гравюр, он поставляет отменные образцы всяческого дизайна — эскизы для декоративных тканей, гобеленов, росписей домов. Своей кошачьей грацией и трепетной юной свежестью она затмевает хищную и в чем-то обыденную подругу Лютера. Высокий лоб и высокие скулы, капризный носик, по-русалочьи загадочные раскосые светлые глаза — именно этот образ впоследствии с полным правом назовут кранаховским «женским типом». С появлением в живописи Лукаса Кранаха Старшего юной Сибиллы Клевской его сказочная Венера обретает абсолютно конкретное лицо.Очарованный тонкой артистической игрой живописца счастливый жених, а затем и муж — Иоганн Фридрих, мечтательный увалень и меланхолик, охотно берет на себя в красочных спектаклях кранахских картин отрицательную роль библейского злодея Олоферна, плененного и казненного прекрасной Юдифью.

Говорят, что на детях «природа отдыхает». Однако сын унаследовал от отца и творческий дар, и деловую хватку, и неплохой капитал, и почетные должности. Ведь к этому времени Лукас Старший побывал уже в членах городского совета, трижды в разное время исправлял должность казначея, а однажды был избран и бургомистром.

В двадцатых годах Кранах является самым состоятельным горожанином после канцлера двора Брюна. И может позволить себе роскошь принимать, а при необходимости и скрывать в обширных своих владениях всяких европейских знаменитостей. Одним из таких его гостей стал скандальный религиозный реформатор Мартин Лютер, которого щедрый хозяин увековечил в самых разнообразных портретах.

В тысячах гравированных отпечатках эти портреты расходятся в народе, оповещая всех и вся, что гонимый праведник живет и действует. На самой его середине победно вздымаются над головой полегчавшие руки. И, вновь юные, женщины по-ребячьи резвятся и плещутся в озере молодости.Всю свою жизнь Лукас Кранах Старший трунил над извечной женской мечтой о бесконечной молодости.

Красотой она не блещет. Зато буквально захватывает властной силой, диковатым и терпким очарованием женственности.

Впрочем, скоро он «изменит» Катарине с настоящей красавицей — Сибиллой Клевской, невестой молодого курфюрста Иоганна Фридриха. Облаченная в тяжелую царственную парчу, золотоволосая хрупкая девушка-подросток представлена Кранахом воистину сказочной принцессой. Сам рисует, режет и лепит модели из дерева и глины для надгробий, церковной утвари и светских безделок, придворных костюмов и ювелирных украшений.Затем следуют выгодная женитьба Кранаха на дочери богатейшего виттенбергского пивовара и строительство большого собственного дома. Вскоре художник числится в Виттенберге владельцем уже двух домов, сдает их в аренду книжному магазину, винной лавке, аптеке… А в 1515 году явился на свет Лукас Кранах Младший.

И вот голова Иоганна лежит у ног его любимой Сибиллы, как бы говоря о том, как сладостно быть обезглавленным столь нежной бархатной ручкой. Но есть и другие варианты: порой Сибилла предстает в роли Саломеи.

Однако ничто не вечно под луной.Проницательный государь сразу угадал необыкновенный талант новоявленного придворного. И не только в художестве. В 1508 году весьма скорый на мысль художник послан с дипломатической миссией к императору «Священной Римской империи» Максимилиану I, двор которого в это время обитал в Нидерландах. А вскоре и благодарный художник — усталый свидетель и художественный летописец взлетов и падений царственной четы — последует за своим пленным государем, чтобы кончить жизнь в чуждом ему, Лукасу Кранаху Старшему, городе Веймаре.

Но перед тем как навсегда покинуть давший ему столько счастья и творческой силы Виттенберг, мастер создает своего рода поэму любимому городу. Глубокий старик пишет картину «Источник юности», излучающую светлую и звонкую радость. Так или иначе, но именно с легкой руки Лукаса Кранаха в немецкую живопись активно ворвались мифологические темы, а с ними и вольные языческие пристрастия. Не в пример своему современнику, принципиальному реалисту Дюреру Кранах всегда тяготел к сказочным мотивам.Немудрено, что и восхождение Лукаса Кранаха Старшего к вожделенным вершинам богатства и славы совершилось словно в сказке. Прибыв в 1504 году невесть откуда в просвещенный университетский город Виттенберг, безродный живописец очень скоро получил от правящего курфюрста Фридриха Мудрого право на дворянскую грамоту с собственным гербом в виде крылатого дракона. Кранах был доволен: его выразительные «агитки» совмещали самую животрепещущую актуальность с коммерческой основательностью. Художник сам финансирует и издает в собственной типографии со своими иллюстрациями знаменитое «Сентябрьское Евангелие» Лютера, прогремевшее на всю Германию.Когда же Лютер знакомит Кранаха со своим семейством, то все внимание живописца переходит на жену реформатора — Катарину фон Бора.

И вот принимает эту невинную слабость как собственную, ибо в момент создания брызжущей жизнью, прозрачной водой и солнечным светом картины художнику уже далеко за семьдесят.

Женщины, которым он щедро дарит вторую молодость, резво выпрыгивают на цветущий берег, осененный плодоносными деревьями. Ох, уж эти загадочные рощи и дебри Кранаха! Когда-то, будучи в Нидерландах, он познакомился с самым мистическим художником Европы — Иеронимом Босхом — и примкнул к его таинственной секте «Садовых братьев», исповедовавших полную свободу в любви, мечтавших о возвращении на землю легендарного Золотого века.

«Источник юности» — поистине достойный финал великого живописца. Ибо в этой картине таится та неистовая жизненная сила, с какой художник всегда шел дорогой Невозможного.

Безупречными классическими красавицами Леонардо, Рафаэля, Джорджоне мы можем только смиренно восхищаться издали, со стороны, как недосягаемыми божественными образами. Тогда как в причудницах Лукаса Кранаха, в этих раскосых и длинноногих вечных подростках, мы как бы узнаем наших непредсказуемых сестер и современниц. Это щемящее задушевное родство делает близкой нашему веку и душу их создателя.

Фотография Лукас Кранах (photo Lucas Cranach)